«Вирус Наарина» — из тех постановок, которые опережают свое время. Даже через полтора десятилетия после премьеры он выглядит ошеломляюще новаторским и «иным».
Культуролог и эссеист-эзотерик Анна Делла Субин так характеризует свою встречу с хореографией Охада Наарина: «Я ощутила, что этот ритуалистический, мятежный танец — именно тот способ движения, который выбрало бы мое собственное тело, освободи я его от гравитации и приличий».
Собственно, так и поступил Наарин: он не столько «ставил спектакль», сколько освобождал танцовщиков и отправлял их в свободное плавание по морю пластического креатива. Энергия, которой всегда буквально лучится танец «Батшевы», здесь сопряжена с глубинной значимостью языка жестов — заново изобретенного, но абсолютно полноценного и внятного. При отсутствии повествовательности, происходящее на сцене проникает в самую душу всех сидящих в зале. А может быть, и не в душу — а в само-осознание, в само-ощущение зрителя.
Основа спектакля и точка его вдохновения — текст Петера Хандке, одного из ключевых писателей второй половины ХХ века, «великого смутьяна» европейской «новой волны». Пьеса «Оскорбление публики» была написана еще в 1960-х и стала едва ли не программным произведением неоавангардизма: отсутствие сюжета, действия и даже персонажей, позволяющее очистить «данный момент времени в данной точке пространства» от любых смысловых примесей, диктуемых словами.
Подробнее на сайте Международного фестиваля балета DANCE OPEN